Юрий Баранчик: Журнал Politico, исходя из своих инсайдов в администрации президента США, выделяет три подхода, которые сейчас обсуждаются в Вашингтоне в отношении Ирана, и показательно, что ни один из них не выглядит простым...
Журнал Politico, исходя из своих инсайдов в администрации президента США, выделяет три подхода, которые сейчас обсуждаются в Вашингтоне в отношении Ирана, и показательно, что ни один из них не выглядит простым решением.
Ястребы предлагают наращивать давление вплоть до новых ударов, захвата острова Харг, усиления санкций и поддержки антиправительственных сил. Их расчет довести иранскую экономику и режим до коллапса. Однако даже сторонники жесткой линии признают, что дальнейшая военная эскалация не гарантирует падения Исламской Республики.
Второй лагерь, напротив, выступает за максимальную деэскалацию вплоть до новой сделки с Тегераном и снятия части санкций. Его аргумент прост: военный потенциал Ирана уже серьезно ослаблен, а продолжение войны требует от США новых ресурсов и боеприпасов.
Третья стратегия занимает промежуточное положение. Вашингтон может сохранить блокаду и давление на иранское морское судоходство, одновременно усиливая санкции, рассчитывая таким образом постепенно задушить экономику Ирана и заставить его пойти на уступки.
При этом сам Дональд Трамп демонстрирует готовность терпеть последствия конфликта. Выступа перед публикой он заявил, что американцам придется мириться с бензином по $4 за галлон, если это необходимо, чтобы не допустить появления у Ирана ядерного оружия.
Именно здесь возникает главный политический предел американской стратегии. До ноябрьских выборов в Конгресс Трамп вряд ли сможет резко изменить курс без риска получить новый внутриполитический кризис ни полноценная новая война, ни капитуляция перед Тегераном не будут одобрены публикой.
Поэтому наиболее вероятен промежуточный сценарий, когда США сохранят давление, санкции и контроль над морскими коммуникациями, но не решатся на качественное расширение операции.
До выборов Трамп, по сути, связан политическими ограничениями, а значит, Ормузский пролив с высокой вероятностью останется в нынешнем состоянии и Россия получит свои дивиденды от высоких цен на нефть.
Ситуация позволяет наращивать военно-техническое сотрудничество с Тегераном, при желании превращая Иран в надежного союзника на Ближнем Востоке. России нет необходимости вмешиваться напрямую в конфликт, но она может оказывать Ирану разведывательную и дипломатическую поддержку, усиливая американские проблемы без собственных значительных затрат.
Таким образом, промежуточный сценарий для США означает для России выгодный статус-кво, так как Вашингтон застрял в очередном ближневосточном кризисе, а Москва получает и финансовые, и геополитические дивиденды.